rednos4

В стране Ксанад благословенной 
Дворец построил Кубла Хан, 
Где Альф бежит, поток священный, 
Сквозь мглу пещер гигантских, пенный, 
Впадает в сонный океан. 

На десять миль оградой стен и башен 
Оазис плодородный окружен, 
Садами и ручьями он украшен. 
В нем фимиам цветы струят сквозь сон, 
И древний лес, роскошен и печален, 
Блистает там воздушностью прогалин. 

Но между кедров, полных тишиной, 
Расщелина по склону ниспадала. 
О, никогда под бледною луной 
Так пышен не был тот уют лесной, 

Где женщина о демоне рыдала. 
Пленительное место! Из него, 
В кипенье беспрерывного волненья, 
Земля, как бы не в силах своего 
Сдержать неумолимого мученья, 
Роняла вниз обломки, точно звенья 
Тяжелой цепи: между этих скал, 
Где камень с камнем бешено плясал, 
Рождалося внезапное теченье, 
Поток священный быстро воды мчал, 
И на пять миль, изгибами излучин, 
Поток бежал, пронзив лесной туман, 
И вдруг, как бы усилием замучен, 
Сквозь мглу пещер, где мрак от влаги звучен, 
В безжизненный впадал он океан. 
И из пещер, где человек не мерял 
Ни призрачный объем, ни глубину, 
Рождались крики: вняв им, Кубла верил, 
Что возвещают праотцы войну. 

И тень чертогов наслажденья 
Плыла по глади влажных сфер, 
И стройный гул вставал от пенья, 
И странно-слитен был размер 
В напеве влаги и пещер. 
Какое странное виденье -- 
Дворец любви и наслажденья 
Меж вечных льдов и влажных сфер. 

Стройно-звучные напевы 
Раз услышал я во сне, 
Абиссинской нежной девы, 
Певшей в ясной тишине, 
Под созвучья гуслей сонных, 
Многопевных, многозвонных, 
Ливших зов струны к струне. 
О, когда б я вспомнил взоры 
Девы, певшей мне во сне 
О Горе святой Аборы, 
Дух мой вспыхнул бы в огне, 
Все возможно было б мне. 
В полнозвучные размеры 
Заключить тогда б я мог 
Эти льдистые пещеры, 
Этот солнечный чертог 

Их все бы ясно увидали 
Над зыбью, полной звонов, дали, 
И крик пронесся б, как гроза: 
Сюда, скорей сюда, глядите, 
О, как горят его глаза! 
Пред песнопевцем взор склоните, 
И этой грезы слыша звон, 
Сомкнемся тесным хороводом, 
Затем что он воскормлен медом 
И млеком рая напоен! 

— Сэмюэль Тэйлор Кольридж, 1798 

Тааак *усердно морщит лоб*, сколько лет назад это было?
Четыре года? Али всех пять?
Память... Память...
Ну это всё так, лирика. А только вот ещё в бытность нашу на улице Циетокшня, были устроены окололитературные чтения!
Мало того что это происходило у нас на кухне, так ещё и аккурат на 8-е марта!
Кроме того, всё это безобразие было записано на цифру лично мной...
И вот сегодня я наконец добрался эту запись положить в тырнет.
Таким вот образом замкнём круг сей и двинемся дальше!
Естественно, запись возможно слушать чисто из энтомологического интереса.
Кто был - тот знает!
Осторожно, присутствуют маты.
bessstia

rednos4

lexa by kabizdoh

170_cm_solnca

kotolena


Пока всё.

Сегодня Земля вращается особенно тяжело....

Проснулся утром в разобранном состоянии, сам себе начислил волшебный пендель, взбодрился и бочком - бочком покосолапил в мастерскую... А тут хмурое небо и холод, и ветер, и собаки сЕрут, и бабка на скамейке блюёт... Мир жесток!

Считая внешний Мир обителью червей
А "мир" внутри - страшнейшим из зверей,
О, идиот! Сидел бы лучше дома!
Мир стал бы лучше, сам бы был целей...

Песенка Вертинскаго.
Аранжировка Кривошеева.



Как - то так.

 За всей этой бесконечной работой, густо разбавленной алкоголем, не успел заметить как осень сменила своё румяное, девичье лицо на серую, холодную и слюнявую старушечью харю... Тянет забиться в какой – нибудь пыльный угол, протянуть корявые руки (и не менее корявые ноги) к пузатой «буржуйке» и сидеть так целую неделю, и ни о чём не думать, потому что думать тут нечего...

Беспокойство и томление духа, чувство стыда и злость. 
Грань между безразличием и бессилием становится совершенно неразличима.
Не спи, солдат!
Замёрзнешь!

Оригинал взят у eimage в Музыкальная Машина Времени :)